Кшнясева С.К., Дубровина Е.А., Константинова О.Д.

Оренбургский государственный медицинский университет,г. Оренбург, Россия

ПРИМЕНЕНИЕ ВНУТРИМАТОЧНОЙ СИСТЕМЫ С ЛЕВОНОРГЕСТРОЛОМ ПРИ ГИПЕРПЛАСТИЧЕСКИХ ПРОЦЕССАХ ЭНДОМЕТРИЯ В ПЕРИОД МЕНОПАУЗАЛЬНОГО ПЕРЕХОДА: ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

Актуальность исследования обусловлена высокой частотой развития гиперпластических процессов эндометрия в периоде менопаузального перехода и необходимостью оптимизации методов лечения. Особое внимание уделяется использованию внутриматочной системы, содержащей левоноргестрел (ЛНГ-ВМС), в качестве перспективного терапевтического варианта.
Цель исследования – провести аналитический обзор современных научных данных относительно эффективности и безопасности использования внутриматочной системы с левоноргестрелом в качестве лечения гиперплазии эндометрия у женщин, находящихся на этапе менопаузального перехода.
Материалы и методы. Проведен нарративный литературный обзор. Поиск публикаций выполнен в базах данных: PubMed, eLIBRARY и КиберЛенинка. Приоритет отдавался публикациям последних 5-7 лет, а также более ранним работам, которые имели существенную научную значимость.
Результаты. Исследования показывают высокую эффективность ЛНГ-ВМС в лечении гиперплазии эндометрия и других аномальных маточных кровотечений (АМК). Было показано, что использование системы способствует уменьшению толщины эндометрия, уменьшению объема менструальных кровотечений, коррекции анемии, улучшению качества жизни пациенток, нормализации уровня половых гормонов.
Заключение. ЛНГ-ВМС является эффективным и безопасным методом лечения АМК в перименопаузе. Но при выборе метода лечения следует учитывать индивидуальные особенности пациентки.

Ключевые слова: гиперплазия эндометрия; аномальные маточные кровотечения; ЛНГ-ВМС; период менопаузального перехода; левоноргестрел

Kshnyaseva S.K, Dubrovina E.A., Konstantinova O.D.

Orenburg State Medical University, Orenburg, Russia

APPLICATION OF AN INTRAUTERINE SYSTEM WITH LEVONORGESTREL IN HYPERPLASTIC PROCESSES OF THE ENDOMETRIUM DURING THE MENOPAUSAL TRANSITION: LITERATURE REVIEW

The relevance of the study is due to the high incidence of endometrial hyperplastic processes during the menopausal transition and the need to optimize treatment methods. Special attention is paid to the use of an intrauterine system containing levonorgestrel (LNG‑IUS) as a promising therapeutic option.
The aim of the study is to conduct an analytical review of current scientific data regarding the effectiveness and safety of using an intrauterine system with levonorgestrel as a treatment for endometrial hyperplasia in women at the stage of menopausal transition.
Materials and methods. A narrative literature review was conducted. The search for publications was carried out in the following databases: PubMed, eLIBRARY, and CyberLeninka. Priority was given to publications from the last 5-7 years, as well as to earlier works that had significant scientific importance.
Results. Studies show the high effectiveness of LNG‑IUD in the treatment of endometrial hyperplasia and other abnormal uterine bleeding (AUB). It has been shown that the use of the system contributes to: reducing endometrial thickness; reducing the volume of menstrual bleeding; correcting anemia; improving the quality of life of patients; normalizing the level of sex hormones
Conclusion. LNG‑IUD is an effective and safe method for treating AUB in perimenopause. However, when choosing a treatment method, the individual characteristics of the patient should be taken into account.

Key words: endometrial hyperplasia; abnormal uterine bleeding; LNG‑IUD; menopausal transition; levonorgestrel

Гиперпластические процессы эндометрия остаются одной из наиболее актуальных проблем современной гинекологии, особенно в период менопаузального перехода [1]. Данное заболевание характеризуется высоким риском малигнизации и часто сопровождается нарушением менструального цикла, что существенно снижает качество жизни пациенток [2].
К тому же, рак эндометрия (РЭ), предшественником которого может быть атипическая гиперплазия эндометрия (ГЭ), находится на шестом месте по распространенности у женщин во всем мире и четвертым по распространенности в странах с высоким уровнем дохода, где его заболеваемость растет [3]. До 80% случаев РЭ наблюдается у женщин постменопаузального возраста, 15% – в перименопаузе и, относительно редко, в 5% у женщин моложе 40 лет [4].
Одним из главных симптомов гиперплазии эндометрия являются аномальные маточные кровотечения (АМК), которые служат показанием к внутриматочным хирургическим вмешательствам. Имеются сведения, что как минимум один эпизод АМК отмечают до 30% женщин в репродуктивном возрасте, до 35% в постменопаузе и до 70% в периоде менопаузального перехода и перименопаузе [5].
Эпидемиологические данные свидетельствуют о том, что частота выявления гиперплазии эндометрия в перименопаузе остается стабильно высокой. При этом ключевым патогенетическим механизмом развития заболевания является ановуляторная дисфункция яичников, приводящая к гиперэстрогении и нарушению гормонального баланса [6, 7].
К основным факторам риска гиперплазии эндометрия относятся критерии метаболического синдрома (артериальная гипертензия, ожирение и сахарный диабет), которые к возрасту периода менопаузального перехода есть практически у всех женщин [8, 9].
Современные подходы к лечению гиперплазии эндометрия направлены на коррекцию гормонального дисбаланса и подавление пролиферативных процессов в эндометрии. Особое место среди терапевтических методов занимает применение левоноргестрелсодержащей внутриматочной системы (ЛНГ-ВМС), которая демонстрирует высокую эффективность благодаря локальному воздействию на эндометрий [10]. Новая эра гормональных внутриматочных спиралей началась еще в 1976 году, когда Luukkainen T. заменил медную нить ВМС небольшим резервуаром, выпускающим постоянные суточные дозы левоноргестрела [11].
Главное преимущество ВМС с левоноргестрелом заключается в ее потенциальной возможности первичной профилактики рака эндометрия. Когортные исследования показали, что использование ЛНГ-ВМС было связано со значительно более низким риском возникновения РЭ, варьирующимся от 0,22 (95% ДИ 0,13–0,40) до 0,25 (95% ДИ 0,05–0,73) по сравнению с отсутствием использования внутриматочной системы [12].
Локальное высвобождение левоноргестрела обеспечивает угнетение пролиферативных процессов в эндометрии, что имеет ключевое значение при гиперпластических процессах, и параллельно уменьшает выраженность менопаузальных симптомов, обусловленных прогестагенной недостаточностью, которые могут появляться уже и в перименопаузе [13, 14].
В период менопаузального перехода женщины обычно не информированы о симптомах и возможностях их диагностики, необходимости изменения образа жизни, лечении симптомов и осложнениях менопаузы, которые можно профилактировать [15].
Актуальность исследованияобусловлена стремительным ростом численности женщин в возрасте 40-60 лет (более 850 миллионов) и необходимостью оптимизации подходов к лечению гиперплазии эндометрия в перименопаузе [16].
Цель исследования – провести аналитический обзор современных научных данных относительно эффективности и безопасности использования внутриматочной системы с левоноргестрелом в качестве лечения гиперплазии эндометрия у женщин, находящихся на этапе менопаузального перехода.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Методология обзора основана на руководстве PRISMA. Дизайн работы представляет собой нарративный литературный обзор. Поиск актуальных публикаций выполнен в наукометрических базах данных: PubMed, eLIBRARY и КиберЛенинка. Эмпирической базой послужили данные как российских, так и зарубежных источников. Выборка осуществлялась путем поиска наличия в заголовке или аннотации комбинаций ключевых слов на русском и английском языках: гиперплазия эндометрия (endometrial hyperplasia), аномальные маточные кровотечения (abnormal uterine bleeding), ЛНГ-ВМС (LNG-IUS), период менопаузального перехода (menopausal transition period). Временной интервал поиска охватывает период с 2019 по 2026 гг., а также более ранние работы, имеющие существенную научную значимость.
Критерием отбора статей было наличие проведенного оригинального клинического исследования, систематические обзоры, метаанализы и экспертные рекомендации, посвященные применению и оценке эффективности ЛНГ-ВМС при гиперплазии эндометрия в период перименопаузы. Исключали единичные клинические случаи, дубликаты и статьи, не соответствующие теме обзора.
Первично были выявлены 109 потенциально релевантных публикаций: 63 в PubMed, 21 в eLIBRARY и 25 КиберЛенинка. В соответствии с критериями исключения, 68 статей не вошли в дальнейший обзор литературы. В итоговый анализ были включены 39 литературных источников.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Аномальные маточные кровотечения – частый симптом в перименопаузе. Причины многочисленны и варьируются от физиологических реакций, вызванных снижением функции яичников, до предраковых и злокачественных состояний. Доброкачественные образования, такие как полипы, гиперплазия эндометрия и миомы увеличиваются с возрастом, основным симптомом которых являются более частые АМК в перименопаузе [17].
АМК в период менопаузального перехода приводят к нарушениям репродуктивной эндокринной системы, а также к физиологическим и патологическим изменениям, существенно влияя на здоровье женщин [18].
Целью исследования Tian Y. et al. [19] было изучение факторов, влияющих на АМК у женщин в перименопаузе. В период с апреля 2021 г. по июнь 2022 г. в группу случаев были включены 120 женщин в перименопаузе с АМК в менопаузальном переходе. Для выявления факторов, связанных с АМК, был проведен одномерный и многомерный логистический регрессионный анализ. Одномерный анализ показал, что каждый из следующих факторов статистически значимо связан с АМК (p < 0,05): возраст, индекс массы тела (ИМТ), возраст начала менструации, количество беременностей и наличие внутриматочной спирали (ВМС) у женщин в периоде менопаузального перехода. Многофакторный регрессионный анализ показал, что независимыми факторами риска аномальных маточных кровотечений являются доброкачественные поражения эндометрия (отношение шансов (ОШ) 5,243, 95% доверительный интервал (ДИ) 3,082–9,458, p < 0,001), толщина эндометрия более 10 мм (ОШ 1,573, 95% ДИ 0,984–3,287, p < 0,001), возраст старше 50 лет (ОШ 2,045, 95% ДИ 1,035–4,762, p = 0,001), ИМТ ≥ 25 кг/м² (ОШ 2,436, 95% ДИ 1,43–4,86, p = 0,002) и установка внутриматочной спирали (ОШ 2,458, 95% ДИ) 1,253–4,406, p < 0,001).
В исследование Sun Y. et al. [20] были включены 60 пациенток с АМК в перименопаузе, которым была проведена гистероскопия с раздельным лечебно-диагностическим выскабливанием. В рамках исследования пациенток распределили на две группы по 30 человек в каждой: контрольная группа, получавшая дидрогестерон, и экспериментальная группа, получавшая ВМС-ЛНГ. Терапевтическая эффективность оказалась достоверно выше в экспериментальной группе (p < 0,05). Профиль гормональных и гематологических показателей в данной группе отличался статистически значимым снижением уровней фолликулостимулирующего гормона (ФСГ), лютеинизирующего гормона (ЛГ) и эстрадиола, а также приростом концентрации гемоглобина относительно контрольной группы (p < 0,05). В исследуемой группе также отмечались меньшая толщина эндометрия, более низкие баллы по графической шкале оценки менструальной кровопотери (pictorial bloodloss assessment chart, PBAC) и более короткая продолжительность менструации (все p < 0,05). И ЛНГ-ВМС, и дидрогестерон повышают клиническую эффективность гистероскопического лечения АМК в перименопаузе, при этом преимущества ВМС-ЛНГ более достоверны.
Внутриматочная система с левоноргестрелом обладает превосходной контрацептивной эффективностью и одновременно снижает кровопотерю во время менструации. Ее можно использовать для лечения гиперплазии эндометрия в перименопаузе. В качестве гестагена в заместительной гормональной терапии она обеспечивает высокий уровень контроля пролиферации эндометрия. В сочетании с трансдермальным применением эстрогена она не увеличивает риск тромбоэмболических заболеваний [21].
В рамках исследования Mirena Extension Trial [22] оценивались эффективность и безопасность внутриматочной системы, высвобождающей 52 мг левоноргестрела, при длительном применении в течение 5-8 лет. При длительном использовании, превышающем 5 лет и достигающем 8 лет, участницы сообщали о снижении среднего числа дней кровотечений или мажущих выделений, при этом примерно у половины женщин наблюдалась аменорея или нечастые кровотечения.
ВМС с левоноргестрелом (ЛНГ-ВМС) показала значительно более высокую частоту разрешения/регрессии (91,3% против 68,6%, ОР 3,42, 95% ДИ 1,86–6,30). Частота неудач и гистерэктомий была значительно ниже в группе ЛНГ-ВМС по сравнению с группой системных прогестинов (19,2% против 32,3%, ОР 0,34, 95% ДИ 0,20–0,57 и 9,3% против 24,1%, ОР 0,41, 95% ДИ 0,29–0,57 соответственно). Подгрупповой анализ исследований, включающих только сложную гиперплазию, не показал статистически значимой разницы в частоте разрешения/регрессии [23]. Внутриматочная система с левоноргестрелом (ВМС-ЛНГ) демонстрирует высокую эффективность в лечении женщин с гиперплазией эндометрия. Однако специфическая эффективность ВМС-ЛНГ при атипии изучена недостаточно.
В исследование Li L. et al. [24] были включены 141 исследование с участием 12919 китайских пациенток с диагнозом ГЭ, из которых 92 были рандомизированными контролируемыми исследованиями (РКИ), а 49 – когортными исследованиями. Систематический обзор показал, что после 3-12 месяцев монотерапии ВМС с левоноргестрелом частота полных ремиссий (ПР) среди пациенток с атипичной гиперплазией эндометрия (АГЭ) и гиперплазией эндометрия без атипии составляла 36,0-92,3% и 23,9-100,0% соответственно. После 12 месяцев лечения частота ПР достигла 84,2-93,3%. По сравнению с терапией пероральными прогестинами, частота ПР после 3-12 месяцев монотерапии ВМС с левоноргестрелом составляла 43,6-100,0%, тогда как при терапии прогестинами – 26,7-97,5%. ВМС-ЛНГ является приемлемым и эффективным вариантом лечения, обеспечивающим высокую переносимость.
В Японии Harada T. et al. [25] было проведено проспективное, многоцентровое, однокогортное, открытое исследование с 12-месячным наблюдением у пациенток, начавших использование ЛНГ-ВМС для лечения обильных менструальных кровотечений и/или дисменореи. Из 595 включенных в исследование пациенток у многих имелись сопутствующие заболевания, такие как аденомиоз (39,5%), миома матки (30,8%) или эндометриоз (12,9%). Частота нежелательных явлений и серьезных нежелательных явлений составила 59,7% и 0,3% соответственно. Наиболее часто сообщаемыми нежелательными явлениями были метроррагия (48,9%), боль во время процедуры (14,1%) и киста яичника (6,2%). Эффективность ЛНГ-ВМС подтверждается выраженной положительной динамикой болевого синдрома. Так, медиана балла по визуально-аналоговой шкале (ВАШ) для дисменореи снизилась с 46,5 [межквартильный размах 13,0-68,0] на этапе установки до 1,0 [0,0-13,0] через 1 год. Аналогичное улучшение наблюдалось и в отношении хронической тазовой боли, и болевых ощущений при акте дефекации.
Представленные результаты говорят о том, что ЛНГ-ВМС является высокоэффективным средством не только для коррекции дисменореи органического генеза, но и для уменьшения выраженности хронической тазовой боли. Однако следует помнить о повышенном риске выпадения ВМС у пациенток с органическими заболеваниями.
В исследование Yu Y. et al. [26] были включены восемьдесят пациенток с аномальными маточными кровотечениями в перименопаузе, прошедших лечение в период с января 2020 года по декабрь 2021 года. Согласно таблице случайных чисел, пациентки были разделены на группу исследования (n = 40) и контрольную группу (n = 40). В контрольной группе лечение проводилось с помощью медроксипрогестерона. В группе исследования лечение проводилось с помощью ЛНГ-ВМС. Эффективность клинической терапии оценивалась через 3 месяца лечения. Толщина эндометрия, объем менструальных выделений и качество жизни (Опросник качества жизни ВОЗ) измерялись через 1, 2 и 3 месяца лечения.
Анализ результатов показал эффективность ЛНГ-ВМС у пациенток, использовавших ее в течение 3 месяцев, была выше по сравнению с контрольной группой (p < 0,05). В основной группе на сроках 1, 2 и 3 месяца зарегистрировано значимое уменьшение толщины эндометрия и объема менструальных потерь, как по сравнению с исходными значениями, так и относительно контрольной группы (p < 0,05 в обоих случаях). Параллельно отмечен достоверный прирост уровня гемоглобина в те же временные точки, причем данный показатель был значительно выше по сравнению с контрольной группой (p < 0,05). К концу третьего месяца наблюдения итоговый балл по опроснику качества жизни ВОЗ в исследуемой группе оказался выше, чем в контрольной (p < 0,05).
Дополнительные доказательства получены в проспективном когортном исследовании [27], выполненном в Центральной Индии на базе учреждения третьего уровня с февраля 2023 года по июль 2024 года. Когорта включила 240 женщин 13-50 лет с обильными менструальными кровотечениями, средний возраст составил 41,03 ± 7,23 год. Исходные медианы по графической шкале оценки менструальной кровопотери (pictorial bloodloss assessment chart, PBAC) с указанием межквартильного размаха в пяти терапевтических группах составили: для ВМС-ЛНГ – 475 (360-690), для транексамовой кислоты – 400 (255-600), для норэтистерона – 645 (350-775), для инъекционной формы ДМПА – 690 (355-956), для КОК – 380 (259-580). Через три и шесть месяцев во всех группах отмечалось достоверное падение баллов PBAC (p < 0,001). Наиболее выраженный эффект к 3-му месяцу обеспечивала инъекция ДМПА (снижение на 78%), однако к 6-му месяцу максимальная редукция кровопотери наблюдалась при использовании ВМС-ЛНГ (93%). Во всех группах в течение шести месяцев также наблюдалось статистически значимое улучшение уровня гемоглобина.
С целью уточнения достаточно спорного вопроса о возможной связи между использованием ВМС-ЛНГ и риском рака молочной железы был проведен обновленный систематический обзор с метаанализом, охвативший публикации с 2005 г. по 2022 г. В анализ вошли 6 исследований (всего 261221 женщина). Результаты не выявили статистически значимого повышения риска: в когортных работах (n = 190475) относительный риск составил 0,80 (95% ДИ 0,57–1,11; p = 0,18), в исследованиях типа «случай-контроль» (n = 70746) – 1,38 (95% ДИ 0,98–1,94; p = 0,06) [28]. Ключевым выводом метаанализа стало отсутствие статистически значимого увеличения риска рака молочной железы на фоне использования ЛНГ-ВМС, что свидетельствует о превосходстве данного метода по критериям безопасности при лечении гиперпластических процессов эндометрия у пациенток любой возрастной категории, в том числе и в перименопаузе.
Отдельного внимания заслуживает ретроспективная работа Shen Y. et al. [29], охватившая 466 случаев, в рамках которой проводилась сравнительная оценка эффективности трех подходов к терапии гиперплазии эндометрия без атипии: ЛНГ-ВМС, пероральные прогестагены и отсутствие терапии. Регрессия эндометрия составила 93% в группе ЛНГ-ВМС против 66% при приеме прогестинов (ОШ 7,128; 95% ДИ 2,94–16,76; p < 0,0001); среди пациенток, не получавших терапию – всего 16%. У женщин, не ответивших на прогестины, переход на ЛНГ-ВМС обеспечивал регрессию в 93% случаев, тогда как продолжение приема таблеток давало эффект только у 55%. Таким образом, применение ЛНГ-ВМС ассоциировано с достоверно более высокой частотой регрессии гиперплазии эндометрия по сравнению с пероральной прогестероновой терапией.
Кокрановский сетевой мета-анализ [30] показал, что среди методов первой линии терапии ЛНГ-ВМС продемонстрировала наибольшее снижение менструальной кровопотери (средняя разница -105,71 мл/цикл; низкая достоверность), антифибринолитики (транексамовая кислота) занимают второе место (-80,32 мл/цикл; умеренная достоверность), длительное назначение прогестинов – третье (-76,93 мл/цикл; низкая достоверность). Данных об удовлетворенности недостаточно из-за очень низкого качества доказательств. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что внутриматочная система с левоноргестрелом (ВМС-ЛНГ) является первой линией терапии для уменьшения обильных менструаций [31].
В исследовании 2023 г. [32], включившем пациенток с различными нозологиями, клинически проявлявшимися АМК, ЛНГ-ВМС продемонстрировала общее снижение менструальных кровотечений на 82%. Наиболее выраженный терапевтический ответ зафиксирован при гиперплазии эндометрия и аденомиозе: эффективность достигла 95,5% и 88,7% соответственно.
У пациенток с гиперплазией эндометрия без атипии, при сравнении эффективности микронизированного прогестерона и ВМС-ЛНГ, показатель регрессии существенно не различался между группами (95,8% с ВМС-ЛНГ против 90,8% с микронизированным прогестероном; p = 0,194) [33].
В один из метаанализов [34] были включены 28 исследований с участием 3752 пациентов. Результат показал, что при гиперплазии эндометрия без атипии ВМС-ЛНГ (относительный риск 1,21; 95% ДИ [1,11, 1,34]) и ЛНГ-ВМС + метформин (относительный риск 323,57; 95% ДИ [1,61, 214, 223, 188,1]) повышали частоту полной ремиссии по сравнению с пероральными прогестинами. Также, согласно другим сетевым метаанализам [35, 36], сочетание ВМС-ЛНГ с метформином увеличивало частоту регрессии гиперпластических процессов и обеспечивало более значимый эффект, однако для дальнейшей оценки различий в выборе схемы лечения необходимы исследования с большим объемом выборки.
Рандомизированное контролируемое исследование [37], в котором оценивалась эффективность ВМС-ЛНГ и мегестрола ацетата (МА) в достижении полной регрессии у женщин с атипичной гиперплазией эндометрия, отказавшихся от гистерэктомии, показало, что кумулятивная частота регрессии через 12 месяцев составила 91,9% при использовании ВМС с левоноргестрелом против 77% при использовании МА (p = 0,026).
Еще один метаанализ [38] поставил целью обобщить имеющиеся данные об использовании ВМС-ЛНГ для лечения гиперплазии эндометрия с атипией, без атипии и рака эндометрия на ранней стадии. Высокий процент пациентов показал положительные результаты. По данным, спустя 12 месяцев лечения, отсутствие признаков заболевания отмечено у 86,3% пациенток с гиперплазией без атипии, у 83,9% женщин с атипией и у 51,1% пациенток с раком эндометрия. ЛНГ-ВМС оказалась эффективнее пероральных гормональных препаратов, но имеющихся сведений недостаточно для прямого сопоставления эффективности лечения при раке эндометрия [39].

ВЫВОДЫ (ЗАКЛЮЧЕНИЕ)

Гиперпластические процессы эндометрия в период менопаузального перехода связаны с несколькими факторами: абсолютная или относительная гиперэстрогения, избыточная масса тела или ожирение, развитие инсулинорезистентности, появление артериальной гипертензии и сахарного диабета. Перечисленные факторы риска характерны для женщин переходного возраста (45-55 лет). Поэтому комплексная оценка всех параметров необходима для своевременной диагностики и профилактики гиперплазии эндометрия.
Таким образом, внутриматочная система с левоноргестрелом становится методом выбора: она обеспечивает надежную контрацепцию, сокращает объем кровопотери, вызывает регресс гиперплазии и снижает вероятность рака эндометрия, что делает ее наиболее рациональным решением для женщин старше 40 лет.
Гистероскопия с последующим применением ЛНГ-ВМС при лечении ГЭ в периоде менопаузального перехода может значительно улучшить соответствующие симптомы, регулировать уровень половых гормонов и существенно уменьшить объем менструальных кровотечений. Однако выбор метода лечения должен быть индивидуальным.

Информация о финансировании и конфликте интересов

Исследование не имело спонсорской поддержки.
Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

ЛИТЕРАТУРА/ REFERENCES:

1.      Sviridova NI, Tkachenko LV, Yakhontova MA, Gritsenko IA, Maksimov SN, Puryaseva KA. Endometrial hyperplastic processes: modern approaches to diagnosis and treatment. Obstetrics, gynecology and reproduction. 2024; 18(1): 83-95. Russian (Свиридова Н.И., Ткаченко Л.В., Яхонтова М.А., Гриценко И.А., Максимов С.Н., Пурясева К.А. Гиперпластические процессы эндометрия: современные подходы к диагностике и лечению //Акушерство, гинекология и репродукция. 2024. Т. 18, № 1. С. 83-95.) doi: 10.17749/2313-7347/ob.gyn.rep.2023.464
2.      Kravchenko EN, Lautenshleger EV. Endometrial hyperplasia and endometrial polyps: clinical and anamnestic characteristics of women. Fundamental and clinical medicine. 2023; 8(4): 16-23. Russian (Кравченко Е.Н., Лаутеншлегер Е.В. Гиперплазия эндометрия и полипы эндометрия: клинико-анамнестическая характеристика женщин //Фундаментальная и клиническая медицина. 2023. Т. 8, № 4. С. 16-23.) doi: 10.23946/2500-0764-2023-8-4-16-23
3.       Fernandez-Montoli ME, Sabadell J, Contreras-Perez NA. Fertility-sparing treatment for atypical endometrial hyperplasia and endometrial cancer: A Cochrane Systematic Review Protocol. Adv Ther. 2021; 38: 2717-2731. doi: 10.1007/s12325-021-01693-y
4.      Kaprin AD, Starinsky VV, Shakhzadova AO. Malignant tumors in Russia in 2020 (morbidity and mortality)]. M.: P.A. Herzen Moscow Oncology Research Institute, 2021. 252 p. Russian (Каприн А.Д., Старинский В.В., Шахзадова А.О. Злокачественные новообразования в России в 2020 году (заболеваемость и смертность). М.: МНИОИ им. П.А. Герцена – филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России, 2021. 252 с.)
5.      Ivanov IA, Dumanovskaya MR. Traits of intrauterine pathology management in the peri- and postmenopausal period. Medical Council. 2024; 18(4): 148-154. Russian (Иванов И.А., Думановская М.Р. Особенности ведения пациенток с патологией эндометрия в пери- и постменопаузальном периодах //Медицинский совет. 2024. T. 18, № 4. С. 148-154.) doi: 10.21518/ms2024-128
6.      Shestakova IG. Levonorgestrel High-Release Intrauterine System: Therapeutic Effects and Clinical Benefits. Effective pharmacotherapy. 2025; 21(32): 32-36. Russian (Шестакова И.Г. Левоноргрестрелвысвобождающая внутриматочная система: лечебные эффекты и клинические преимущества //Эффективная фармакотерапия. 2025. Т. 21, № 32. С. 32-36.) doi: 10.33978/2307-3586-2025-21-38-32-36
7.      Orazov MR, Khamoshina MB, Mullina IA, Artemenko YuS. Endometrial hyperplasia – from pathogenesis to effective therapy. Obstetrics and gynecology: News. Opinions. Training. 2021; 9(3): 21-28. Russian (Оразов М.Р., Хамошина М.Б., Муллина И.А., Артеменко Ю.С. Гиперплазия эндометрия – от патогенеза к эффективной терапии //Акушерство и гинекология: новости, мнения, обучение. 2021. Т. 9, № 3. С. 21-28.) doi: 10.33029/2303-9698-2021-9-3-21-28
8.      Orazov M.R., Radzinskii V.E., Khamoshina M.B., Dolgov E.D., Mullina I.A., Artemenko Yu.S. Recurrent endometrial hyperplasia without atypia: how to escape the vicious circle? Clinical review for general practice. 2023; 4(9): 21-30. Russian (Оразов М.Р., Радзинский В.Е., Хамошина М.Б., Долгов Е.Д., Муллина И.А., Артеменко Ю.С. Рецидивирующая гиперплазия эндометрия без атипии: как не попасть в порочный круг? //Клинический разбор в общей медицине. 2023. Т. 4, № 9. С. 21-30.) doi: 10.47407/kr2023.4.9.00324
9.      Ordeanu IM, Busuioc CJ, Văduva CC, Pană RC, Petrescu AM, Văruț RM, et al. Obesity as a Catalyst for Endometrial Hyperplasia and Cancer Progression: A Narrative Review of Epidemiology, Molecular Pathways, and Prevention. Biomedicines. 2025; 13(11): 2612. doi: 10.3390/biomedicines13112612
10.    Khachatryan AS, Dobrokhotova YuE, Ilyina IYu, Kazantsev SN. Modern view on the patient management with uterine polyps. Russian Journal of Woman and Child Health. 2024; 7(1): 35-40. Russian (Хачатрян А.С., Доброхотова Ю.Э., Ильина И.Ю., Казанцев С.Н. Современный взгляд на ведение пациенток с полипами эндометрия //РМЖ. Мать и дитя. 2024. Т. 7, № 1. С. 11-15.) doi: 10.32364/2618-8430-2024-7-1-5
11.     Luukkainen T. Levonorgestrel-releasing intrauterine device. Ann N Y Acad Sci. 1991; 626: 43-49. doi: 10.1111/j.1749-6632.1991.tb37898.x
12.     Yeh PG, Haas A, Sun CC, Lu KH, Meyer LA, Toumazis I. Use Patterns of Levonorgestrel-Releasing Intrauterine System among American Women. Cancer Prev Res (Phila). 2025; 18(5): 299-306. doi: 10.1158/1940-6207.CAPR-24-0302
13.    Goldstuck ND. The levonorgestrel-releasing intrauterine system 52 mg as a contraceptive versus a therapeutic: essential differences and perspectives. Eur J Contracept Reprod Health Care. 2023; 28(3): 177-183. doi: 10.1080/13625187.2023.2197091
14.     Shlyakhto E.V., Dedov I.I., Serov V.N., Sukhikh G.T., Arutyunov G.P., Suchkov I.A., et al. Russian eligibility criteria prescribing menopausal hormonal hormones therapy for patients with cardiovascular and metabolic diseases. Consensus document of the Russian Cardiological Society, Russian Society of Obstetricians and Gynecologists, Russian Association of Endocrinologists, Eurasian Association of Therapists, Association of Phlebologists of Russia. Problems of Endocrinology. 2023; 69(5): 115-136. Russian (Шляхто Е.В., Дедов И.И., Серов В.Н., Сухих Г.Т., Арутюнов Г.П., Сучков И.А., и др. Российские критерии приемлемости назначения менопаузальной гормональной терапии пациенткам с сердечно-сосудистыми и метаболическими заболеваниями. Согласительный документ РКО, РОАГ, РАЭ, ЕАТ, АФР, РНМОТ, РАГГ. //Проблемы эндокринологии. 2023. Т. 69, № 5. С. 115-136.) doi: 10.14341/probl13394
15.    Artymuk NV, Tachkova OA, Marochko TYu. Features of contraception in women of late reproductive age. Mother and Baby in Kuzbass. 2020; (3): 4-9. Russian (Артымук Н.В., Тачкова О.А., Марочко Т.Ю. Особенности контрацепции у женщин позднего репродуктивного возраста //Мать и Дитя в Кузбассе. 2020. T. 3, № 82. С. 4-9.) doi: 10.24411/2686-7338 -2020-10028
16.    Podzolkova NM, Smetnik AA, Yarmolinskaya MI, Yureneva SV, Protasova AE, Tapilskaya NI, et al. Algorithms for prevention, examination, and treatment of patients with unscheduled bleeding during menopausal hormone therapy. Obstetrics and Gynecology. 2025; (8): 230-246. Russian (Подзолкова Н.М., Сметник А.А., Ярмолинская М.И., Юренева С.В., Протасова А.Э., Тапильская Н.И., и др. Алгоритмы профилактики, обследования и лечения пациенток с незапланированными кровотечениями при применении менопаузальной гормональной терапии //Акушерство и гинекология. 2025. № 8. С. 230-246.) doi: 10.18565/aig.2025.221
17.    Dobrokhotova YuE, Karanasheva AKh. Abnormal uterine bleeding of the reproductive and perimenopausal period: modern algorithms for examination and treatment. Actual Issues of Women's health. 2022; (1): С. 8-12. Russian (Доброхотова Ю.Э., Каранашева А.Х. Аномальные маточные кровотечения репродуктивного и пременопаузального периода: современные алгоритмы обследования и лечения //Актуальные вопросы женского здоровья. 2022. № 1. С. 8-12.) doi: 10.46393/2713122X_2022_1_8
18.    Dreisler E, Frandsen CS, Ulrich L. Perimenopausal abnormal uterine bleeding. Maturitas. 2024; 184: 107944. doi: 10.1016/j.maturitas.2024.107944
19.    Tian Y, Bai B, Wang L, Zhou Z, Tang J. Contributing factors related to abnormal uterine bleeding in perimenopausal women: a case-control study. J Health Popul Nutr. 2024; 43(1): 52. doi: 10.1186/s41043-024-00540-4
20.    Sun Y, Qian M, Hu D. Clinical efficacy of levonorgestrel intrauterine system (Mirena) combined with hysteroscopy in the treatment of perimenopausal AUB patients. Pak J Pharm Sci. 2021; 34(5): 2079-2083. doi: 10.36721/PJPS.2021.34.5.SP.2079-2083.1
21.    Fait T. Usage of the levonorgestrel releasing intrauterine system in perimenopause. Využití nitroděložního systému s levonorgestrelem v perimenopauze. Ceska Gynekol. 2024; 89(2): 156-159. doi: 10.48095/cccg2024156
22.    Jensen JT, Lukkari-Lax E, Schulze A, Wahdan Y, Serrani M, Kroll R. Contraceptive efficacy and safety of the 52-mg levonorgestrel intrauterine system for up to 8 years: findings from the Mirena Extension Trial. Am J Obstet Gynecol. 2022; 227(6): 873.e1-873.e12. doi: 10.1016/j.ajog.2022.09.007
23.    Elassall GM, Sayed EG, Abdallah NA, El-Zohiry MM, Radwan AA, AlMahdy AM, et al. Levonorgestrel-releasing intrauterine system versus systemic progestins in management of endometrial hyperplasia: A systemic review and meta-analysis. J Gynecol Obstet Hum Reprod. 2022; 51(8): 102432. doi: 10.1016/j.jogoh.2022.102432
24.    Li L, Zhu L. Efficacy of levonorgestrel-releasing intrauterine system for the treatment of patients with endometrial hyperplasia: a systematic review. Zhonghua Yi Xue Za Zhi. 2025; 105(40): 3670-3678. doi: 10.3760/cma.j.cn112137-20250226-00451
25.    Harada T, Ota I, Kitawaki J, Momoeda M, Maeda N, Akira S, et al. Real-world outcomes of the levonorgestrel-releasing intrauterine system for heavy menstrual bleeding or dysmenorrhea in Japanese patients: a prospective observational study (J-MIRAI). Contraception. 2022; 116: 22-28. doi: 10.1016/j.contraception.2022.08.006
26.    Yu Y, Zhou Z, Wang L, Liu J. Effect of Mirena Intrauterine Device on Endometrial Thickness, Quality of Life Score, and Curative Effect in Patients with Perimenopausal Abnormal Uterine Bleeding. Comput Math Methods Med. 2022; 2022: 5648918. doi: 10.1155/2022/5648918
27.    Lanka VV, Davile M, Gupta A, Yadav D, Mundle S. Effectiveness of Medical Management in Heavy Menstrual Bleeding: A Prospective Cohort Study. Cureus. 2026; 18(1): e101162. doi: 10.7759/cureus.101162
28.    Heting M, Wenping L, Yanan W, Dongni Z, Xiaoqing W, Zhli Z. Levonorgestrel intrauterine system and breast cancer risk: An updated systematic review and meta-analysis of observational studies. Heliyon. 2023; 9(4): e14733. doi: 10.1016/j.heliyon.2023.e14733
29.    Shen Y, Fang H, Zhang Y, Du Y, Cai R, Zhao M, Chen Q. Comparison of the effectiveness of the levonorgestrel-intrauterine device and oral progestogens on regression of endometrial hyperplasia without atypia. Heliyon. 2022; 8(12): e12150. doi: 10.1016/j.heliyon.2022.e12150
30.    Mittermeier T, Farrant C, Wise MR. Levonorgestrel-releasing intrauterine system for endometrial hyperplasia. Cochrane Database Syst Rev. 2020; 9(9): CD012658. doi:10.1002/14651858.CD012658.pub2
31.    Patil SS, Jadhav V, Pathak N. A Study of the Effect of the Levonorgestrel Intrauterine System on the Management of Abnormal Uterine Bleeding. Cureus. 2025; 17(11): e96235. doi: 10.7759/cureus.96235
32.    Atak Z, Ocakoğlu SR, Ocakoğlu G. Levonorgestrel-releasing intrauterine device to treat abnormal uterine bleeding; not one treatment option fits all. J Turk Ger Gynecol Assoc. 2023; 24(4): 246-251. doi: 10.4274/jtgga.galenos.2023.2022-12-12
33.    Gezer Ş, Köle E, Aksoy L. Vaginal micronized progesterone versus the levonorgestrel-releasing intrauterine system for treatment of non-atypical endometrial hyperplasia: A randomized controlled trial. Int J Gynaecol Obstet. 2023; 161(2): 661-666. doi: 10.1002/ijgo.14632
34.    Tao M, Wu T, Zhou X, Du X, Ling K, Liang Z. Comparative effects of different treatments based on the levonorgestrel intrauterine system in endometrial carcinoma and endometrial hyperplasia patients: a network meta-analysis. Arch Gynecol Obstet. 2024; 310(3): 1315-1329. doi: 10.1007/s00404-024-07608-w
35.    Zhang YF, Fan Y, Mu Y, Li JK. Efficacy of Oral Medications or Intrauterine Device-Delivered Progestin in Patients with Endometrial Hyperplasia with or without Atypia: A Network Meta-Analysis. J Clin Med. 2023; 12(8): 2980. doi: 10.3390/jcm12082980
36.    Yao Y, Xu S, Wang T, Jiang R. Efficacy of drugs treatment in patients with endometrial hyperplasia with or without atypia: A systematic review and network meta-analysis. Medicine (Baltimore). 2024; 103(38): e39619. doi: 10.1097/MD.0000000000039619
37.    Alnemr AA, Harb OA, Atia H. The efficacy of the levonorgestrel intrauterine system versus oral megestrol acetate in treating atypical endometrial hyperplasia: a superior randomized controlled trial. J Gynecol Oncol. 2024; 35(5): e62. doi: 10.3802/jgo.2024.35.e62
38.    Bolling KR, Suh-Burgmann E, Reed SD, Westin S, Fassett M, Wahdan Y, et al. Levonorgestrel-releasing intrauterine system treatment for endometrial hyperplasia and early endometrial cancer: a systematic review. Ther Adv Reprod Health. 2026; 20: 26334941261433726. doi: 10.1177/26334941261433726
39.    Mariani C, Lorente DM, Frau J, Orti M, Ciarmatori S, Odetto D. Therapy with a levonorgestrel-releasing intra-uterine system in atypical endometrial hyperplasia and low-grade endometrial cancer. Int J Gynecol Cancer. 2026; 36(8): 104728. doi: 10.1016/j.ijgc.2026.104728

Корреспонденцию адресовать:

ДУБРОВИНА Елизавета Алексеевна
460014, г. Оренбург, ул. Советская, д. 6, ФГБОУ ВО ОрГМУ Минздрава России
Тел: 8 (3532) 50-06-06   E-mail: dubrovinae5@yandex.ru

Сведения об авторах:

КШНЯСЕВА Светлана Константиновна
доктор мед. наук, доцент, профессор кафедры акушерства и гинекологии, ФГБОУ ВО ОрГМУ Минздрава России, 460014, г. Оренбург, ул. Советская, д. 6, Россия
E-mail: hypoxya@mail.ru   ORCID: 0000-0003-0023-2533

ДУБРОВИНА Елизавета Алексеевна
аспирант, ассистент кафедры акушерства и гинекологии, ФГБОУ ВО ОрГМУ Минздрава России, 460014, г. Оренбург, ул. Советская, д. 6, Россия
E-mail: dubrovinae5@yandex.ru   ORCID: 0009-0003-5480-1567

КОНСТАНТИНОВА Ольга Дмитриевна
доктор мед. наук, профессор, зав. кафедрой акушерства и гинекологии, ФГБОУ ВО ОрГМУ Минздрава России, 460014, г. Оренбург, ул. Советская, д. 6, Россия
E-mail: const55@mail.ru   ORCID: 0000-0003-0369-0281

Information about authors:

KSHNYASEVA Svetlana Konstantinovna
doctor of medical sciences, docent, professor of the department of obstetrics and gynecology, Orenburg State Medical University, 460014, Orenburg, Sovetskaya St., 6, Russia
E-mail: hypoxya@mail.ru   ORCID: 0000-0003-0023-2533

DUBROVINA Elizaveta Alekseevna
postgraduate student, assistant of the department of obstetrics and gynecology, Orenburg State Medical University, 460014, Orenburg, Sovetskaya St., 6, Russia
E-mail: dubrovinae5@yandex.ru   ORCID: 0009-0003-5480-1567

KONSTANTINOVA Olga Dmitrievna
doctor of medical sciences, professor, head of the department of obstetrics and gynecology, Orenburg State Medical University, 460014, Orenburg, Sovetskaya St., 6, Russia
E-mail: const55@mail.ru   ORCID: 0000-0003-0369-0281